Сказка: Как Дарьюшка человекоугодие победила

Жила-была девушка. Сильная, добрая, красивая. Немало талантов даровал ей Господь. И могла она много славных дел на земле совершить. И матерью хорошей стать, и женское счастье в судьбе своей накопить и в своей Род принести, потомкам передать…
А потому представляла эта девушка, назовем ее Дарьюшкой, большущую опасность для сил, которых испокон веков знающие люди именовали «темными».
Собрались эти силы на совет. Они всегда так поступают, когда по отношению к себе прямую угрозу видят. Председательствовала на том совете гордыня, к слову сказать. Стали они думать, как таланты Дарьюшкины силы лишить, а ее саму с доброго пути сбить, да во власть жизненных разочарований и ошибок отдать. Если они правильный план составят, тогда должна собственная Дарьюшкина сила против нее заработать, усилив в ней обиды, да страхи.
Думали темные, думали, кто же из их банды сможет Дарьюшкины таланты силы лишить? Подослали к ней тщеславие, да оно чувством юмора обожглось и обратно прибежало. Злобу к Дарьюшке командировали, так ее сердечный жар опалил. Уныние насылали, но легкий Дарьюшкин нрав и его выдул.
Тут бы темным силам и отступить, но им упорства не занимать в том, чтобы человека мучить. И придумали они вот что: раз Дарья так к свету стремится, людей любит и помогать им желает,  надо ей ложный свет показать, а заботу о людях и вовсе подменить.
Сама гордыня взяла на себя труд в своих колдовских лабораториях изготовить страшилу – человекоугодие. Колдовала она много ночей и наконец вывела к членам темного совета свое изобретение. Как увидели темные силы человекоугодие, так и сами струхнули. Такую образину даже Франкенштейн испугается! Тело у него с щупальцами, пасть клыкастая и взгляд масляный. А еще похоже было человекоугодие на безобразную старуху, постоянно подтирающую слезы жалости, поросшую шерстью ложного долга и льющую сопли ложной вины. Наделила гордыня свое изобретение жуткими способностями. Умело человекоугодие невидимым рядом с человеком жить, и одурманивающее зелье ему в разум впрыскивать. От чар этих переставал человек свой долг понимать, жалостливым к человеческим страстям и порокам становился. Чувство вины его сердце сковывало и зелье паразитизма в нем вырабатывало. И теперь уже сама жертва человекоугодия яд в других людей впрыскивало, меняя их сущность внутреннюю, делая из них лентяев и потребителей.
Порадовались темные силы, что такое изобретение самой гордыне доверили, только она смогла такое изощренное коварство придумать. Потирали они руки от предстоящей победы, направляя человекоугодие к Дарьюшке.
А Дарьюшка наша жила себе спокойно, песни пела, людям помогала, да о счастье своем девичьем мечтала. Знала она, что есть на земле ее суженый, который ищет ее, силу мужскую набирает, подвиги совершает. Время Дарьюшка не торопила, знала она, что всему своей черед у Бога предусмотрен. И коли раньше срока жениха потребуешь, то получишь не того, кто тебе предназначен, а того, кто терпению тебя научит.
Человекоугодие к ней подкралось, запрыгнуло на загривок, и щупальца свои в разум девичий запустило. У Дарьюшки голова закружилась, мир вокруг зашатался, и потерял полноту красок и красоту очертаний. Очнулась девушка, оглянулась и вдруг ощутила бремя великое, и тоску страшную.
Увидела вдруг она близких своих слабыми и изможденными, ободранными и больными. Сжалось сердце ее. «Как же так?! Где же мои глаза были?! Я тут живу припеваючи, о счастье мечтаю, только о себе думаю, а матушка моя, сестрицы, да тетушки из последних сил трудятся, с врагами бьются! Ох, и каменное же сердце у меня! Надо им помочь, от работы постылой избавить, врагов разогнать!».
Бедная, бедная Дарьюшка! Не знала она, что это наваждение человекоугодие ей послало. Доверяла она глазам своим, а ведь теперь верить-то им нельзя было! Глазами-то разум руководит, а разум Дарьин теперь человекоугодием околдован!
А чему верить надо было, спросите? Да сердцу же, конечно! В сердце Бог живет, над сердцем человекоугодие чары свои распространить не может. Да вот только чтобы сердцем видеть, нужно навык и опыт иметь… Не было того капитала у нашей Дарьюшки. А надлежало его ей самой заработать, человекоугодие распознать, наваждение его развеять, и сердце слушать научиться… Так ведь о том и сказка наша!
Так вот. Стало Дарьюшке казаться, что всем она должна. А люди только тому и рады! У каждого свое собственное хотение для Дарьи приготовлено! Только успевай поворачиваться – удовлетворяй! Человекоугодие липкие ручонки свои потирает, об успехах в темный совет докладывает. Знает оно, коли Дарьюшка до пятидесяти чужих хотений исполнит, станет в сердце у нее яд особенный вырабатываться. Яд вины и разочарований. И ее саму он разрушать будет, а людей вокруг неуемными потребителями делать. Если так дело пойдет, все таланты Дарьюшкины против сердца работать станут и вскоре собственный же яд ее разрушит…
Вот какой страшный план придумали темные! А бедная Дарьюшка о нем не знает, не ведает, знай себе чужую волю исполняет, да думает, что милосердно поступает! Да только из-за наваждения позабыла она, что от милосердных дел силы прибавляются, а ее силушка с каждым днем истощалась! Запуталась, бедная, себя дурной считала. А другие, кому помогала она, ядом потребительства отравленные, неблагодарностью свои сердца ожесточали, ее же помощь и поносили…
И был пир в королевстве темных сил… Рассчитали они скорую гибель доброй души, которая сама того не желая, и другие души через неблагодарность к гибели вела…
Но рано радовались в темном королевстве! Казалось, все они рассчитали, да того не учли по злобе своей, что помощников у доброй души всегда больше, чем врагов и людей неблагодарных.
Вот как раз-то помощники Дарьюшкины в это жестокое время старались во всю! Хоть и были невидимыми. Вы спросите, почему они допустили, чтобы человекоугодие на загривок девушке забралось и ядом своим разум ей затуманило? Знали они, что урок этот жизненный Дарьюшке самой пройти надобно, чтобы сильнее и прозорливее стало сердце ее. Многие беды отвели от нее, и благодать проходить урок давали. Ведь препятствование собственному труду человека и есть человекоугодие, а этим недугом помощники Дарьюшкины не страдали. Давали они ей волю самой на славу потрудиться, чтобы от человекоугодия избавиться.
И вот как-то раз, когда Дарьюшка спала, явился к ней во сне светлый Ангел и говорит: 
«Доброе у тебя сердце, Дарьюшка! Да только пустой жалостью его не терзай. Подумай сама, каждому человеку свой жизненный урок дается. Не стремись на себя чужие уроки брать. Эдак в школе отличники поступают – за всех контрольную сделают, всем домашнее задание списать дадут, все и рады. И поглядишь дальше – все, кто сегодня радовался, что от работы увильнул, чужим трудом воспользовался, — завтра неучами оказались! Кому же от этого польза?! Пойми, милая, у людей все уроки жизненные – от Бога. Зачем с Учителем споришь? Разве ты больше Него знаешь?! Лучше Него ведаешь, как людей уму-разуму учить?! Видано ли такое?!
Теперь, милая, если кто в Школе Жизни у тебя списать домашнее задание попросит, или за него контрольную решить потребует, ты не поддавайся! Сразу такого мальца к Учителю отсылай. Как? Так и скажи: «Помолись Богу, он поможет, только искренне помолись, от сердца!». Так-то Дарьюшка. Трудно для всех хорошей быть. А для Бога ты и так хороша и любима. Просыпайся, глянь в зеркало правдивое, что подле ложа твоего Я тебе оставлю. Увидишь, кто за спиной у тебя сидит. Как увидишь – не пугайся. Только от тебя зависит, навсегда его у себя за спиной оставить, или прогнать. Бог в помощь! Я люблю тебя!».
Проснулась в слезах наша Дарьюшка. Понять не может, сон это был или правда. И чувство у нее внутри такое теплое, как когда-то, давным–давно, как будто и не в этой жизни ее было… Многое позабыла наша Дарьюшка, многое из памяти ее отрава стерла…
Сморит, а возле кровати зеркало стоит. Диковенное, овальное. Само все светится, будто и рамы не имеет. Обрамление из самого света соткано. Глянула Дарья на себя в зеркало и отшатнулась. Глянула еще раз, и снова зажмурилась. Не наваждение ли это?! Что за черное чудовище у нее на плечах сидит?!
Вспомнила она напутствие Ангела, с духом собралась и смело в зеркало взглянула. И такая у нее волна гнева праведного из сердца поднялась! Это что еще за пугало на плечи мои забраться посмело?! Это кто же ему разрешение выдал?! Сами ангелы без моего согласия ничего в моей жизни не устраивают, а тут – нечисть поганая без спросу лезет?!
Сила гнева праведного Дарью изнутри наполняет, смотрит она в зеркало и видит, как в руку ее Меч вложен. И от клинка свет идет. Взмахнула девушка Мечом и ударила по чудовищу. Лопнуло оно, только прах по полу рассыпался.
Смотрит Дарья в зеркало дальше и дивится. Видит она, как ангелы золотыми метелками прах подметают, весь дом ее очищают. Зрит она как в сердце ее цветок алый расцветает, а душа при том петь начинает. И захотелось Дарьюшке танцевать. Закрыла она глаза, а тело, как будто веса лишившись, в танце закружилось…
Когда остановилась Дарьюшка, видит – зеркала нет, а комната ее солнечным светом наполнена. И такая радость ее охватила, такую надежду она ощутила, что захотелось ей со всем миром ею поделиться.
Вышла она из дому, хотела к близким людям побежать. Да остановилась. Увидела она их совсем по-другому, без наваждения человекоугодия. Но то, что она узрела, пострашнее чар колдовских ей показалось. Увидела она людей и тех, кто на загривках у них сидят. Одним зависть погоняет. Другим – тщеславие. Третьим лень, четвертым – гордыня. Пятый злобу затаил, шестой жадность кормит, седьмой тоскою мучаем… И проснулось в душе Дарьюшки Милосердие к этим людям. Поняла она, что недобрые обстоятельства в их жизнь попускаются, чтобы от чудищ могли они избавиться, чище и самостоятельнее стать.
В это время подошел к ней один знакомый человек и помощи попросил. В другой бы раз Дарья без рассуждений на помощь кинулась, но сейчас… Увидела она, что на плечах просителя жадность сидит и есть просит. Коли сейчас она просьбу человека исполнит, то жадность накормит, а душу человека кусочка надежды лишит. Нет! Не станет она делать этого! И пусть жадность устами этого человека ей проклятья шлет. Своих-то уст порок не имеет, вот человеческими устами и пользуется! «Не стану я слушать, что эти чудища захребетные говорят!», — решила Дарья. А человеку тому сказала: «Помогу я тебе, друг! Но не так, как ты меня просишь, а еще лучше. Дам совет тебе – помолись Богу и помощи у него попроси. Но при этом – жадность, ту за печами у тебя сидит, голодом мори. Тогда и счастье обретешь!». 
Сказала так Дарья и пошла своей дорогой. А Дорога-то у нее светлая была, счастливая. Но об этом уже совсем другая история…

                 автор: Татьяна Дмитриевна Зинкевич-Евстигнеева,  чуткая сказочница,  автор нашего Сказочного Метода

поделитесь пожалуйста этой интересной и полезной информацией со своими друзьями и коллегами в социальных сетях. Принесите пользу людям. Нажмите кнопки, расположенные ниже. Благодарю Вас :-)

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Обсуждение закрыто.